Если верить официальным данным, выборы 18–20 сентября в Красноярском крае прошли без происшествий: явка — около 50% против 41,6% в 2021 году, «Единая Россия» набрала 40,6% по спискам и выиграла все четыре одномандатных округа Госдумы. Однако стоит присмотреться к протоколам, сравнить их с прошлыми выборами и сопоставить с данными наблюдателей — и картина, мягко говоря, перестаёт выглядеть безупречной.
География результата
Прежде всего обращает на себя внимание то, насколько по-разному выглядят результаты победителей в разных округах. Так, в двух красноярских округах кандидаты «Единой России» выиграли с 31,4% (Олег Ликонцев, № 58) и 33,0% (Александр Дроздов, № 59). В Дивногорском округе у Сергея Ерёмина уже 41,7%, а в Енисейском у Андрея Грачёва — 44,9%. Иными словами, чем дальше от краевого центра, где плотнее наблюдение и меньше зависимость избирателей от работодателя и администрации, тем выше итог партии власти. Именно этот градиент, по сути, и задаёт направление дальнейшего анализа - основные аномалии сосредоточены в районах и на севере.
Голосование на дому
По экспертным оценкам, обычная доля голосования вне помещения — 2–6% от всех проголосовавших. Между тем в ряде округов края она оказалась в 3–4 раза выше. Показательны, в частности, данные по выборам в Заксобрание: Енисейский округ № 20 — 17,5% (6 105 человек), Минусинский № 14 — 17,2% (8 788), Уярский № 18 — 17,0% (7 475), Шарыповский № 13 — 13,9%, Курагинский № 15 — 13,3%. Безусловно, в районах больше пожилых избирателей, однако даже с поправкой на возрастное сельское население такие значения требуют объяснения.
Особенно выделяется первый день голосования, пятница 18 сентября. Рекорд принадлежит УИК № 412 в Советском районе Красноярска: за один день там на дому проголосовали 254 человека. Простой расчёт показывает, насколько это нереалистично. Даже при 10 минутах на визит с дорогой это более 40 часов работы одной выездной группы и 14–20 часов для двух-трёх групп — больше, чем длится весь день голосования. Причём этот участок не единственный: на ряде других участков в ту же пятницу на дому проголосовали по 150–200 человек. Откуда берутся такие цифры, отчасти показывает случай на УИК № 264 в Ленинском районе (ул. Рейдовая): наблюдатели обнаружили в реестре надомного голосования избирателя, который заявления не подавал, бюллетеня не получал и в итоге пришёл голосовать на участок лично. На место были вызваны полиция и Следственный комитет. Такую картину можно наблюдать по всему городу – где-то больше, а где-то меньше. Ярче всех выделился Советский район г. Красноярска. Там «Единая Россия» показала высокий результат, но и количество «надомников» требуют объяснения.
Как все происходило на практике, зафиксировали наблюдатели. С одного участка одновременно выезжали две-три группы с переносными ящиками, так что проконтролировать все выезды было невозможно. Что характерно, разница в результатах оказалась систематической: группы, которые сопровождал наблюдатель, возвращались с меньшим числом бюллетеней и меньшей долей «Единой России»; группы без наблюдателей — с большим числом «надомников» и более высоким результатом партии власти. Между тем, реальный спрос на голосование на дому, очевидно, никак не зависел бы от присутствия наблюдателя.
Недействительные бюллетени
Вторая аномалия, в свою очередь, связана с долей испорченных бюллетеней. Как правило, она не превышает 2–3,5%, тогда как в ряде округов края она составила 5–7%: Таймырский № 23 — 7,3%, Уярский № 18 — 6,5%, Эвенкийский № 24 — 6,3%, Енисейский № 20 — 5,2%. Надо сказать, известный способ получить такие цифры — поставить при подсчёте вторую отметку в бюллетене, поданном за конкурента. В результате голос не переходит к победителю напрямую, но выпадает из расчёта — и доля лидера, соответственно, растёт.
Енисейский округ № 20 (Заксобрание). Сергей Пономаренко победил с 37,5%, опередив ближайшего соперника на 3 996 голосов. На дому проголосовали 6 105 человек, недействительными признаны 1 821 бюллетень — вместе вдвое больше, чем разница между первым и вторым местом. Кроме того, участки получили 75 855 бюллетеней при 71 634 избирателях в списках.
Норильск: два шаблона
Пожалуй, самый показательный случай — Норильск, входящий в Енисейский округ № 61. Начать стоит с того, что явка в городе — 59,3% при 49,1% по краю. Андрей Грачёв получил в Норильске 78,3% при 44,9% по округу; кандидаты «Единой России» в Заксобрание по норильским округам — 70,9% (Дмитрий Свиридов) и 64,8% (Ирина Субочева), это рекорды края. Для сравнения, в 2021 году на территории нынешнего округа № 61 «Единая Россия» набирала 41,7%, КПРФ — 18,8%, ЛДПР — 13,7%.
Однако ещё красноречивее распределение по участкам. Как известно, при реальном голосовании результаты соседних УИК разбросаны в широком диапазоне. В итогах же ТИК Норильска участки чётко делятся на две группы с почти одинаковыми цифрами внутри каждой:
Группа 1: «Единая Россия» — 70–73%, ЛДПР — 23–25%, КПРФ, «Справедливая Россия» и остальные партии — не более 1–1,5% каждая.
Группа 2: «Единая Россия» — 79–81%, остальные партии распределены примерно пропорционально.
Стоит обратить внимание, что в первой группе двум партиям достаётся около 96% голосов. При этом у КПРФ — у которой по краю почти 19%, столько же на этой территории было и пять лет назад — результат практически исчезает, а ЛДПР получает больше своего среднего по краю (15,2%). Во второй группе, напротив, пропорции выглядят естественно, зато у «Единой России» на десятках участков один и тот же результат с разбросом в два процентных пункта. Таким образом, два разных, но одинаково «аккуратных» шаблона в одном городе — характерный признак того, что итоги вписывались в протоколы, а не получались при подсчёте. А поскольку итоги участков сводит ТИК Норильска, главные вопросы, естественно, возникают именно к ней.
Красноярск: работа со списками
В краевом центре, впрочем, нарушения носили несколько иной характер. В Красноярском округе № 58 выявлено голосование за умерших избирателей, остававшихся в списках. Примечательно, как эта история стала публичной. Кандидат от ЛДПР Иван Петров, сообщивший о «мёртвых душах» в своих соцсетях, подчеркнул, что в пятницу и субботу пытался решить вопрос через территориальную избирательную комиссию — и добиться прекращения нарушений. Комиссия, по его словам, на обращения не отреагировала, и в воскресенье он был вынужден вынести информацию в публичное пространство. В Центральном округе № 59 голосовали по адресам ранее снесённых домов. Понятно, что такие «избиратели» удобны тем, что их явку никто не может опровергнуть. С другой стороны, именно эти эпизоды проще всего подтвердить документально — сверкой списков с данными ЗАГС и сведениями о сносе.
Итог
Разумеется, каждое отклонение по отдельности можно попытаться объяснить. Но вместе они складываются в устойчивую схему: завышенное надомное голосование, 5–7% испорченных бюллетеней, шаблонные цифры в Норильске, «мёртвые души» в Красноярске — и всё это работает в пользу одной партии. По оценке авторов независимого разбора протоколов, без этих механизмов результат «Единой России» по краю был бы ближе к 30%, чем к 40%. И, пожалуй, главное: общий знаменатель всех эпизодов — отсутствие наблюдателей: там, где они были, результаты оказывались заметно скромнее.